В какую нервотрепку выливается поход на прием к врачу в центральную поликлинику, прочувствует тот, кто хоть раз постоял в очереди к окошку регистратуры.
Казалось бы, чего проще: пришел накануне, записался на определенное время, на следующий день взял талончик, зашел к доктору, выписал рецепт, побежал за лекарствами и - лечиться.
Но, увы. Не все так просто «в королевстве датском».
С тех пор, как медицину перевели на систему обязательного страхования, любой контакт пациента и врача регламентирован, учтен и задокументирован. Поэтому, прежде чем зайти в кабинет к специалисту, надо обязательно получить талон на прием. А это возможно лишь в регистратуре, которая напоминает неприступную крепость со свирепой охраной.
В пятницу, 20 мая, я, предварительно записавшись к участковому терапевту, в 10.25 заняла очередь за талоном. Работало лишь одно окно, на втором стояла вежливая табличка, сообщающая о техническом перерыве (с какого по какое время – указать забыли или не посчитали нужным).
В 10.54 очередь не продвинулась и составляла 18 человек! Милые и молодые регистраторши сновали туда-сюда, общались между собой, и им абсолютно не было дела до несчастных больных. А перед окошками униженно стояли и тихонечко роптали люди преклонного возраста, некоторые с палочками. Я, постучав по пластику, отгораживающему регистратуру от назойливой толпы, напомнила девушке в белом халате, что технический перерыв уже длится 18 минут. «Женщина, – вызверилась на меня регистратор, - мы что, каждому должны объяснять, что сейчас технический перерыв?». Терпение окончательно лопнуло, когда пожилой женщине, в полисе которой было написано «преподаватель», нагло заявили: «Не хотела бы я у вас учиться!».
Еще раз напомню свою любимую фразу: «Будь вежлив с незнакомцем, возможно, это переодетый ангел». Или журналист. Взяв в руки «перо и чернила», я накатала жалобу и опустила ее в ящик, специально для этих целей предназначенный. К вечеру узнала, что мое письмо попало по назначению, поскольку в редакцию позвонили и, не представившись, сообщили, что я – «ужасный журналист».
Но вернемся в очередь. Производительность компьютеризированной регистратуры ничтожно мала. Талончик на прием к участковому оказался у меня в 11.28, спустя час. За это время я много чего услышала. Впрочем, все это долетало и до ушей работниц регистратуры, но никого не подвигло на трудовые подвиги. Я, такая наивная, попыталась усовестить спаянный коллектив, зашла в служебную дверь и предъявила удостоверение. Меня отправили к окошку.
В результате всех проволочек я прозевала время, на которое была записана. Решив испить всю чашу до конца, поднимаюсь к нужному кабинету, а там – батюшки святы! – толпа человек десять (до конца приема - всего полчаса). И попробуй докажи, что у тебя талон на 10.25! Здесь свои суровые законы – живая очередь. Спрашивается, зачем вся эта волокита с записью, талончиками?
Несолоно хлебавши развернулась и побежала домой. В холле поликлиники увидела живописную картину: весь состав регистратуры, выйдя из-за загородки, оживленно что-то обсуждал, донеслось только слово «пресса».
Покидали мы «гостеприимное» медицинское учреждение вместе с преподавателем, у которого регистраторша не стала бы учиться. Эта интеллигентная женщина тоже не могла прийти в себя от хамства, наглости, бесцеремонного обращения (казалось бы, у преподавателей должны быть железные нервы и крепкая закалка). И она попросила обязательно описать все то, чему свидетелями и непосредственными участниками мы оказались. «Может быть, у вас получится что-то изменить». Очень хочется на это надеяться, да только вечерний звонок в редакцию не обещает перемен к лучшему.
Может быть, я попала в регистратуру не в тот день и час? Увы, такая «канитель каждый день». 23 мая в 11.00 в очереди за заветным талончиком стояло 14 человек. Одна бабулька пожалела «бедных медиков»: «Вы знаете, какая у них зарплата маленькая». В принципе, догадываемся. Но это обстоятельство не дает права саботировать свои прямые обязанности и невежливо обращаться с пациентами. А еще напомню всем известную истину: медицина – одна из самых милосердных сфер нашей жизни.
